№47 Отривок из повести; «Обед»; «Красавица»; «Кровь на руках»

Отрывок из повести

Утро выдалось пасмурным. Серые, тяжелые тучи заполонили собой все видимое пространство неба, но дождя и не предвиделось. Было очень душно: из всех ненавистных Ридеону погодных условий сегодняшний день выдал самое противное.

Юноша снял теплый дорожный плащ и отдал его слуге, одновременно подзывая кучера.

— Все ли готово для поездки?

— Да, милорд, — кучер поклонился Ридеону, готовый выслушать указания.

— Тогда не будем задерживаться.

«Лучше бы я оставался дома, в Солгарде. Там моя свита не ограничивается слугами, и воздух всегда свеж и прохладен», — думал лорд Сэлтихар, любуясь красивыми пейзажами столицы, омраченными плохой погодой.

«Но этот бал — не простой жест гостеприимства. Это важное дипломатическое мероприятие, в котором участвуют послы всех государств, включая меня. А как представитель Солгарда, я должен вести себя подобающе.»

К тому времени, когда карета остановилась, Ридеон успел проклясть все на свете из-за слишком жаркой погоды для весны. Возникал вопрос: а что же будет летом?!

Но когда, не без помощи слуги, он вышел из кареты и взглянул наверх, все мысли об ужасном климате показались неуместными — какая разница, если тут такая красота? Сэлтихар слышал о том, насколько народ Объединенного Королевства любит утонченность и роскошь — как показатель статуса и достатка, (достаточно того, что герцоги, графы, лорды  и дипломаты на официальных встречах носят мечи из редчайших металлов, которыми по назначению пользуются лишь несколько раз в жизни, и то, если повезет), но никак не ожидал такого. Дворец и по совместительству Первая Резиденция Его Величества, монарха и лорда-протектора Объединенного Королевства с первых же минут покорила его красотой, гармонией архитектуры с окружающим ландшафтом, а также удивительным сочетанием светло-изумрудного фасада с объемной позолоченной росписью, изображавшей лавровые листы и виноград, кроны деревьев, птиц, сидящих на них. Кем бы ни был архитектор данного дворца, он, безусловно, осуществил самую смелую задумку за историю возведения всех существующих дворцов, и одержал победу. Лорд заметил на стенах символ королевства: золотистое древо на темно-изумрудном гобелене, обрамленное виноградной лозой — символ богатства и плодородия. Вполне оправданный знак: Объединенное Королевство действительно обладает самыми плодородными землями, а пашни и леса обширнее, чем у любой другой страны. Но красота и гармония строения не являлись единственным качеством дворца: будто стараясь вырасти как можно выше, высилось..восемь, девять, десять? Десять башен, четыре — по сторонам света, еще четыре — промежуточные между ними, а в центре — два донжона, больших и величественных. Ридеон никогда не вдавался в детали архитектурных строений, а потому твердо решил спросить о назначении этих двух башен при первой же возможности.

Ворота во внутренний двор были открыты по случаю торжества. Лорд Сэлтихар хотел было шагнуть вперед и поприветствовать дворецкого, встречавшего гостей у входа, после чего можно было пройти дальше, но к нему обратился один из его свиты:

— Милорд, — коротко и спешно поклонился он, протягивая ему какой-то длинный предмет, завернутый в ткань.

Ридеон развернул ткань и увидел меч, вложенный в ножны — хотя и тонкий, но изысканный: таким можно лишь заколоть кого-нибудь до смерти, но отрубить что-то? Совсем упустил из виду традицию ношения мечей, что не удивительно при виде такого красивого дворца. Фасад был лишь верхушкой айсберга великолепия — внутреннее убранство ничуть не уступало по красоте внешнему, и даже превосходило его. Великолепный барельеф тонкой работы смотрелся как нельзя уместно среди картин с позолоченными рамами. Люстры волшебно сверкали благодаря тысячам свечей, находившимся в комнате.

Вокруг сновали туда-сюда слуги и прочие придворные низких чинов, лорды и леди же, напротив были неподвижны и выглядели очень выдержанно солидно. Со многими из них лорд Сэлтихар был знаком, об остальных часто слышал, и, не смотря на весь аристократический лоск, все они выглядели незначительно на фоне убранства гигантского вестибюля. В самом центре главного холла висел огромный канделябр, от которого юноша не мог оторвать взгляда, а чуть выше заметил превосходно спроектированный купол. На стенах висели все те же гобелены с символами, что и снаружи, свидетельствующие о том, чья это Главная Резиденция. Вдруг откуда-то издалека Ридеон услышал бой колоколов, предвещающий о начале бала.

«Мне следует поторопиться, если я не хочу опоздать», — пронеслось у него в голове, пока он стремительно направлялся в бальную залу.

Несмотря на опасения, лорд прибыл вовремя — как раз с последним звоном колокола, как бы сказочно это ни звучало. Бальная зала была оформлена на тот же лад, что и вестибюль с главным холлом, единственным различием были лишь нарядные столы с различными яствами, экзотическими и не очень, расставленные вдоль стен, чтобы освободить место для танцев, хоть его и так было предостаточно: зала была просто гигантская, даже просторнее, чем главный холл.

Ближе к концу торжества громкая музыка и вкусная еда успели утомить Ридеона, поэтому он присел на софу, разглядывая замысловатый узор барельефа прямо у противоположной стены. Он заметил, что какая-то дама присела рядом, еще совсем юная, младше его, судя по хрупким плечам, но она смотрела в другую сторону и он не смог разглядеть ее лица. Лорд и не старался разглядеть ее: его больше интересовало значение узоров и назначение двух донжонов, о которых он все еще не забыл, а девушку он уловил боковым зрением. Оказалось, зря, когда она повернулась, он с удивлением узнал в ней принцессу Объединенного Королевства. Она держала в руках изящную корону из золота и изумрудов, но ярче камней светились ее зеленые глаза. Ее волосы на затылке были собраны заколкой с изображением виноградной лозы. Выглядела она немного растерянной и как будто одинокой.

— Ваше Высочество, — лорд Сэлтихар учтиво кивнул, поднимаясь с софы, — Могу ли я пригласить вас на танец?

Она сейчас, конечно же, вежливо откажется. Или нет?

— Конечно, милорд. — она изящно привстала, ответив ему реверансом и протянула руку, позволив ему повести ее ближе к центру зала.

Тут он поймал на себе пристальный взгляд ее отца, впрочем, ничего страшного он не предвещал. Тем не менее Ридеон почувствовал себя неуютно. Когда он вновь посмотрел в сторону монарха, тот уже был занят своими делами, обмениваясь любезностями с дипломатами из Вольной марки, будто и не смотрел на него вовсе. Танцевала принцесса прекрасно, улавливая ритм танца, и лорду стало понятно, что танцам ее обучали с раннего детства. Когда танец закончился, вновь прозвенели колокола, но уже три раза — значит, бал окончен. Сэлтихар с сожалением направился за придворным, который попросил его пройти за ним.

***

— Он так хорошо вел в танце, что я даже не чувствовала под ногами земли, — рассказывала раскрасневшаяся девушка.

— Кто это был? — ее брат ловко запрыгнул на кровать, и лишь цвета его наряда выдавали его королевское происхождение.

— Лорд Сэлтихар, — она осторожно присела рядом, поправив тяжелое одеяло, — А почему тебя не было на балу?

— Да кому он сдался, этот бал. Когда я стану королем, я не буду тратить время на всякие развлечения, — принц покрутил перед собой свой кинжал, — Я буду великим завоевателем! И никакие союзы мне не понадобятся. Ты слышала? Учитель фехтования хвалит меня.

— А учитель дипломатии влепил бы тебе оплеуху, если бы мог, — девушка улыбнулась, повертев в руках корону.

Была уже поздняя ночь, и сквозняк, залетевший через открытое окно, погасил пару свечей, пока не вылетел обратно. Через несколько мгновений на улице прогремел салют, сопровождаемый торжественной музыкой. Искры некоторое время парили в воздухе, будто пародии на сверкающие в ночном небе звезды, а потом погасли.

 

Красавица

В этот летний день на ярмарочной площади царило оживление. Каждый был занят своим: кто-то торговался с приезжими караванами, кто-то пришел поглазеть на выступающих артистов.

Высокая девушка по имени Мефис быстрым шагом направлялась к центру площади, не замечая ничего вокруг и расталкивая нерасторопных прохожих. Она на секунду подняла голову и оглянулась по сторонам, в очередной раз убеждаясь в том, что ей ненавистно это общество, этот город. Стояла страшная жара, к тому же духота, толкотня, всюду пыль, ужасный смрад, известный каждому городскому жителю — все это разом давило, раздражало, вызывало отвращение. Вонь из кабаков, палящее солнце и грязное серовато-желтоватое небо дополняли и без того отвратительную картину.

Мефис мечтала поскорее вернуться к себе в тихую лачугу на берегу реки, куда даже заблудившийся путник вряд ли дошел бы. Но для того, чтобы вновь остаться наедине с собой, ей необходимо закончить важное дело. Она с отвращением поправила выбившуюся белокурую прядь, к своему величайшему неудовольствию отметив, что городская вонь стала въедаться в волосы.

Наконец, Мефис нашла то, что искала. Большой, блестящий, черный камень выделялся на фоне дешевеньких безделушек своим странным величием, своей неестественной таинственностью, которую без труда смог бы разглядеть любой, даже неопытный маг.

— Заинтересовал? — к Мефис, пританцовывая, приблизилась купчиха, и нараспев продолжила, — Очень советую, красавица! Он так подходит к твоим большим глазкам! Просто милашка!

— Сколько? — нетерпеливо спросила девушка, с презрением посмотрев на купчиху. Мефис не надеялась услышать приемлемую цену.

— Десять золотых, дорогуша. Это очень дорогой аксессуар.

«Дура»,- подумала Мефис, — «Называет магический артефакт каким-то украшением.»

Сделав разочарованное лицо, девушка ушла.

Ночь. Белый диск луны перерезали на тонкие полосы облака. Светлые волосы скользнули где-то в темноте, а затем пропали. Серебристый кинжал блеснул в свете луны.

«Я не красавица», — прошептала она, поворачивая кинжал, — «Не дорогуша и не милашка.»

Бледная, почти призрачная рука девушки забрала большой черный камень.

 

 

Кровь на руках

Над трупом мальчика в темной полупустой комнате столпилась группка из четырех подростков. Рядом с телом лежал нож. Несколько секунд все всматривались в темноту, пытаясь понять, что лежит на полу, затем все отпрянули словно по команде. О царившей секунду назад тишине можно было даже не мечтать: рыжий мальчишка в ярко-зеленой куртке заверещал, низенькая девушка на пару с крупным парнем наперебой бросились его успокаивать, а стоявшая ближе всего к телу погибшего высокая девушка с длинным черным хвостом лишь смогла произнести удивленное «Коля-я?».

— Это точно он, Женя? — юноша, все еще держа за предплечье своего рыжего друга, посмотрел туда, где, предположительно, находилась девочка. Из-за темноты не было видно ничего дальше своих рук.

— Да, — коротко ответила она, вглядываясь в пятна на руках. Грязь была слишком похожа на кровь, но разве при таком ужасном освещении можно отличить одно от другого?

Женя хотела сказать еще что-то, но ее перебила другая девочка:

— Боже, что же нам делать?

— Я, конечно, не Бог, — ответил крупный парень, — а просто Саша. Но, раз мы пришли сюда одни, то логично будет предположить, что среди нас есть убийца.

Женя перебрала в голове всех присутствующих: рыдающий рыжеволосый Дима, взволнованный Саша, испуганная Лиля — ну как они могут хладнокровно убить своего друга?

— Или это место действительно проклято, что мы и собирались проверить, — возразила она.

Вдруг Дима словно с цепи сорвался, с криками набросившись на Женю:

— Это ты виновата! Ты нас сюда привела! Ты его убила! — заорал он, пытаясь ухватиться за длинный хвост, но в темноте сделать это было не просто.

Девушка схватила рыжего за плечи и потрясла, чтобы тот, наконец, успокоился. Дима ошарашено посмотрел на ее руки.

— У тебя…кровь на руках..? — у него затряслись губы, лицо в ужасе застыло, — Она — убийца! У нее кровь на руках!

Откуда-то издалека послышался зловещий смех. Лица подростков переменились — стали странными, словно каменными. Они подступили ближе к Жене, та попыталась сделать шаг назад, но ее держал Дима.

Раздался крик.

Над трупом девочки с длинным черным хвостом столпились трое подростков. Рядом с телом лежал нож. Несколько секунд все всматривались в темноту.

 

Обед

Одним не очень прекрасным днем я вернулась домой с учебы в ужасном расположении духа: в тот день была контрольная, и нет, все случилось не по закону жанра — скорее, напротив, я отлично ее написала. Но какой ценой? Ценой здорового семичасового сна и потраченных на кофе денег.

Все бы обошлось, если бы этот день не оказался субботой. Судорожно собирая сумку в литературную школу, я обнаружила, что совсем ничего не ела. Тогда я решила быстро перекусить на кухне чего-нибудь незамысловатого — обычно в холодильнике всегда стоит кастрюля с чем-то вкусным. Так оказалось и в этот раз: я, не особо раздумывая над содержимым, запихала в себя «обед» и беззаботно отправилась в литературную мастерскую.

На улице я отметила, что вокруг все слишком красочно и громко для конца ноября. Вдруг мимо проехал мотоциклист в шлеме, обклеенном розовыми наклейками для маленьких девочек. Я удивилась, однако ничего не заподозрила.

После, когда я пришла в мастерскую, начались действительно странные вещи: Алена вдруг опоздала и забыла принести свой текст, Полина не шушукалась с Машей, а села по другую сторону комнаты, Фарид не издавал громких звуков, активно не жестикулировал и вел себя крайне сдержанно. Вот тогда я и проснулась..от удивления. И обнаружила на телефоне сообщение от мамы: «не ешь те грибы в кастрюле».
 
Перейти в кімнату для голосування

Повернутися до списку творів